Неродные

ussr_new_year_22
Фильм знаменитого российского документалиста Виталия Манского «Родные», показанный на Одесском фестивале, вызвал огромный ажиотаж среди публики и профессионального сообщества.

Я даже билет заранее приобрела: мало ли что, думаю, аншлаг, не попаду, буду маяться.
Тема интересная, фильм предполагался настолько скандальный, что российский Минкульт финансировать его отказался (в результате чего, я так поняла, Манский даже переехал на ПМЖ в Латвию). Наш культминистр Мединский что-то там крутил-вертел, чтобы оставить фильм без финансирования (и таки оставил, он интриган известный), а Манский даже заподозрил в давлении г-на Михалкова, с которым во времена оны в усмерть разругался…
Ну и так далее и тому подобное.
В общем, все застыли в ожидании: фильм должен был, по идее, показать людей по обе стороны конфликта, причем людей, связанных родственными узами. Одни из них целиком за Путина и в его лице – за Россию, другие, соответственно – за Украину. Интересно, правда, что эти другие не идентифицируют свою страну исключительно с ее президентом: и это, согласитесь, важный момент.
Теперь о Манском.
Режиссер он изумительно даровитый, талантливый, трудогольный, хитроумный и умелый: тут ничего не скажешь. Работает Манский на износ, свои проекты пестует как родные, добивается своей цели упорно, порой идя на обман: как, скажем, он сумел обдурить корейские власти, снимая фильм в Северной Корее. Или на Кубе, где тоже обвел вокруг пальца Рауля Кастро, родного брата Команданте, и тот еще и доволен остался (!!!).
В общем, у Манского цель всегда оправдывает средства, что, согласитесь, для документалиста скорее достоинство, нежели недостаток.
Работа такая.
Любопытно, что в новом своем фильме, где ему не нужно было дурить никакого Команданте или гебню Ким Чен Ына, он все равно …дурит: и вот тут непонятно, самого себя, нас, своих родичей, которые снимались в этом фильме или еще кого-то.
Ибо фильм, где главный мессадж заключается в том, что, мол, ребята, давайте жить дружно, снят во время военных действий: и тут, согласитесь, не до дружбы.
И всё как будто правда: дружба и взаимопонимание всяко лучше войны и резни; людей жаль, люди-то рассорились, сошли с ума, порвали связи, расстроились семьи, распались кланы и связь времен…Ну и так далее и тому подобное.
Однако истинная причина этого всеобщего расстройства и помешательства умов автором никак не обозначена, на артикулирована: мол, все виноваты, Иван Иваныч и Иван Никифорыч оба хороши, и надо бы, братцы, замириться и сесть за общий большой стол. С горилкой, рашен водкой, солеными огурцами и салом. Все мы братья, все мы человеки, не нужно морды друг другу чистить!
Обнимитесь миллионы, ха.
Самое смешное, что противостоящие стороны показаны одинаково, как упертые бараны: непосвященному будет непонятно, кто первый начал, кто виноват и что делать.
Кроме того, спецы знают, что никакого такого «документального кино» не существует в природе: это как в анекдоте про Ленина, который, как выяснилось, сказал киноману Луначарскому «Неужели вы думаете, что из всех искусств для нас важнейшим является кино?», а начало фразы обрубили.
В арсенале у документалиста всегда есть такой манипулятивный прием, как монтаж: обрубите фразу, и кино у вас станет важнейшим из искусств. И не только кино: и собаководство станет — при хорошем-то, чутком редакторе…
Так сказать, трудности перевода.
В общем, «Родные» при всех сложностях подготовки к нему и препятствиях, широко разрекламированных, проблему противостояния, даже в рамках одной семьи, просто-напросто — забалтывают.
Это «забалтывание» — снимаю шляпу – сделано так мастеровито, так изящно, с таким даром «разговорить» человека, так антропологически точно, что возникает эффект правды. Против живого человека, с его страстями и заблуждениями мало кто устоит: в этом и чудо док.кино. Человек на экране, с его интонациями, его говором, его смешными повадками всегда интереснее постановочно-условного «персонажа» коммерческого кино.
Поэтому фильм интересно смотреть: правда, до определенного момента, когда начинаешь понимать, что автор множит интервью и эпизоды, никак не выруливая к над-смыслам. Это топтание на месте и, если угодно, упоение своим собственным мастерством, не более того.
Боюсь, это самая слабая картина Виталия Манского – режиссера мастеровитого, умелого (см. выше).
Жаль.